Vsedsfsdfdsfmirnoe rabstvoВ данном случае хотелось бы продемонстрировать то, за что, собственно, государство (любое) оказывает поддержку церкви. Очевидно, что это не связано ни с нравственностью, ни с законностью, ни с просвещением. Дело заключается в контроле невежественных масс, и церковь должна их «сдерживать» не только от революций или бунтов, но и от мелкого выражения недовольства. Холоп должен любить государя, а церковь обязана «закреплять» такие отношения, заявляя о справедливости оного.

Ведь, как написано в библии (новом завете):

«Пусть все подчиняются властям, потому что всякая власть от Бога, и все существующие власти поставлены Богом» (Римлянам 13:1).

Или:

"Рабы, под игом находящиеся, должны почитать господ своих достойными всякой чести, дабы не было хулы на имя божье и учение" (1 Тим., 6:1).

И этот пункт особенно радует любых правителей, поскольку это дополнительный рычаг воздействия на рабов/крепостных, а со временем и юридически свободных.

Такой союз выгоден не только власти, но и церкви. Поскольку священнослужители в буквальном смысле имели право поступать так, как они считают нужным («по совести»), часто игнорируя при этом законы государства, т.е. церковники в первое время добивались того, чтобы представителей культа могли судить исключительно церковные суды.

Понятно, что для того, чтобы церковь реально работала, власть должна была обеспечивать представителей культа максимально, и поэтому ежегодно выделялись крупные суммы не только на строительство храмов, монастырей и проч., но и на содержание попов.

Сами же попы отличились безудержным чревоугодием, сребролюбием, алкоголизмом, развратом. Причем все эти пороки всегда подтверждались на крупных церковных соборах (например, Стоглав). Но это было обыкновенное явление, поскольку сложилась такая ситуация, когда попам не нужно доказывать свою правоту, поскольку были законы, которые запрещали переходить из православия в другой культ, а также карали за критику православия.

В итоге такая тактика показала свою несостоятельности, поскольку как только начинались любые народные волнения (крестьянские восстания, городские бунты), то попы тут же летели с колоколен. Они не смогли остановить не только революцию, но даже и мелкий бунт, отличаясь лишь тем, что примыкали к победителям, и заявляли, что именно благодаря молитве та или иначе сторона победила.

Очевидно, что перед революцией 1917 года попы ощущали то, что ситуация может радикально измениться (это ощущали все), и поэтому они направили все свои силы (а государство это с радостью поддерживало) именно на защиту нынешнего (самодержавного) строя. И аргументы защиты стоит привести, т.к. они по большому счету раскрывают саму суть попов, т.е. то, для чего они вообще нужны.

Ведь, как говорил Энгельс:

«Всякая религия является не чем иным, как фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни,— отражением, в котором земные силы принимают форму неземных» (Энгельс. Анти-Дюринг).

Поэтому реальная суть часто маскировалась чем-то «божественным», но в критической ситуации часто приходилось говорить открыто.

Стоит сказать, что в данном случае приводятся цитаты именно попов в разный период, т.е. с начала XX века до революционных событий 1917 года. А попы отстаивают самодержавные порядки, т.е. яростно защищают тех, кто им платит деньги.

Итак, первый тезис, ибо бедняки уж слишком разбушевались (до революции 1905 года):
«Трудящиеся бедняки, должны помнить, что их доля терпения и лишений есть удел всего падшего человечества и что только этим путем человек может заслужить награду вечную — царство небесное» (Вера и разум, 1902, № 1).

Понятно, что ни церковники, ни правители, ни дворяне, ни даже помещики или ростовщики не должны «терпеть», и почему-то они даже не входят в ранг «падшего человечества». Вероятно, это связано с тем, что они просто дают больше денег церковникам, а чем больше подают, тем больше вероятность того, что человек попадет в рай. Это логично. Но трудящиеся бедняки решили проигнорировать призывы церкви, ибо уж кто-кто, а попы, т.е. паразиты, которые не знакомы с тяжелым трудом, не те люди, которые имеют право на «наставления» подобного толка. Это ведь все равно, что шарлатан, который обманывает людей при помощи карточных фокусов, стал бы рассказывать рабам о том, как же хорош подневольный труд, и что хозяин, когда убивает своего раба, имеет на то все права.

Капитализм церковники тоже защищали рьяно, поскольку буржуа в царской России имели место, но преимущественно это были западные деятели (из Швеции, Англии, Франции и некоторых других стран). Попы понимали, что к ним нужно относиться так же хорошо, как и к царю (несмотря на то, что часто они не были православными), поскольку во многом именно налоги от подобной деятельности идут в казну церкви. Отношение к ним было в целом негативное в народе, поскольку крупные капиталисты легко могли скупать целые деревни, и заставлять крестьян работать на них, не оставляя при этом никакого выбора. Очевидно, что это в целом ухудшало положение человека, поскольку никаких «рамок» в этом плане было (могли заставить работать хоть по 16 часов в день, не гнушались ни женским, ни детским трудом). Отсюда многочисленные рабочие стачки и бунты, поскольку положение рабочих в большей мере зависело лишь от «воли» хозяина, который стремился к личной выгоде, невзирая на человеческий фактор (в царской России был хищнический капитализм, примерно как в Китае в 80-е годы прошлого века).

Попы отстаивали подобное так:

«Неравномерное распределение собственности — есть дело премудрого и всеблагого промышления божия о людях. Если бы все одинаково обеспечены были в средствах жизни и никто ни в ком не нуждался, то явилось бы затруднение в исполнении заповеди о любви к ближнему» (Душеполезное чтение, 1902, ч. II).

Т.е. угнетать ближнего – это нормально. И очевидно, что в данном случае «любовь к ближнему» - это любовь к церкви, поскольку деньги вливались огромные. И в целом концепция интересна, поскольку церковь против «идеального общества», т.к. если не будет порока, то не за что будет просить прощение. Так что лучше уж пусть совершают люди преступления, а затем «раскаиваются», чем просто не совершают преступлений вовсе.

Очередное откровение для скептиков:

«Напрасно упрекают ее (Церковь) в том, что она подслуживается только богатым, Она обращается к обеим сторонам с проповедью о той непререкаемой истине, что корень всех бедствий земных и всякой несправедливости следует искать не во внешних порядках, но в греховной испорченности естественного человеческого сердца с его страстью к корыстолюбию и любостяжанию, бьется ли это сердце под сюртуком богача или под блузою рабочего»(Церковные ведомости, 1905. № 52).

Церковь, в общем, терпима ко всем одинаково, вот только прислуживает именно богатым.

С некоторыми аргументами попы и впрямь переборщили:

«Иисус Христос, ни одним словом не отвергал частной собственности, не почитал ее воровством или грабительством и не называл собственников, людей богатых, преступниками только за то, что они были богаты» (Христианская жизнь, 1906, № 9).
Дело в том, что в библии не используется такое понятие, как частная собственность. И именно по этой причине Иисус ее не отвергает. А по поводу богатства Иисус все же высказывал отдельные мысли:

«Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное»(Евангелие от Матфея, гл. 19, ст. 24).

Совершенно очевидно, что данное высказывание в целом против богатства.

Более того, Иисус призывал богатых примкнуть к нему, т.е. продать все и просто ходить с ним да рассказывать иудеям различные байки о новом спасителе. Т.е. Иисус в первую очередь хотел, чтобы люди распространяли культ, и чтобы ни о чем другом не думали, оставляя все «мирские» дела. О богатстве он говорит так:

«Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их»

Он говорит, что ради благой цели бродяжничества можно даже:

«если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер... тот не может быть Моим учеником» (Лк. 14:25).

По большому счету Иисус приказал вообще забыть о мирском, т.е. для него не было принципиально важно, кто богатый, а кто бедный. И те и другие должны бросить свой источник доходов (хоть богач, хоть рыбак, хоть мытарь, хоть страж) и посвятить свою жизнь проповедованию учения, поскольку сам Иисус, в сущности, нес эсхатологическую чушь (т.е. предвещал скорый конец света). В частности, в библии также сообщалось о том, что придет он очень скоро, что даже те люди, которые были свидетелями Христа, якобы застанут это. Поэтому было не до «богатств».

Соответственно, в данном случае священники явно противоречат культу в угоду политическому курсу:

«Господу угодно устроить в человеческом общежитии так, чтобы одни были богаты, другие бедны» (Душеполезное чтение, 1906, ч. I)

«Неравномерное распределение земных благ между людьми служит свидетельством премудрости провидения» (Руководство для сельских пастырей, 1906, № 37)

Удивительно, но так угодно практически любому божеству. Даже невидимой руке рынка.

Как только события после революции 1905-07 гг. чуточку утихли, то попы все равно продолжали свою пропаганду:

«Равенство немыслимо, бессмысленно и пагубно» (Кормчий, 1907, № 11)

За исключением рая. В рае христиан после смерти, даже смерд, обретет «блаженство», а мусульманин, которым руководят имамы и султаны, после смерти будет заниматься… сексом с девственницами (очень нравственно).

Ведь очень просто использовать людей, получать от жизни все, а народу обещать «лучшей жизнь» после смерти.

А вот это просто откровение, которое, видимо, обращено к богатым любителям церкви, которые не всегда хорошо платят своей «защитнице» церкви:

«Для того чтобы удалить из сердца пролетария недовольство и отчаяние, нужно указать ему за мрачными тучами скорбей и бедности, которые его окружают, лазурное небо вечных наслаждений в обителях отца небесного, которое открывает религия. Отнимите у пролетария религию, и вы напрасно будете убеждать его быть скромным и уважать права другого: он, может быть, будет молчать до поры до времени, но при удобном случае разорвет свои цепи» (Православный собеседник, 1909, т. II).

А вот это и есть сущность религии, которую признавал и Наполеон:

«Я вижу в религии не столько таинство воплощения, сколько таинство общественного строя. Она вносит в мысль о рае идею равенства, которая спасает богатых от резни со стороны бедных»

Не удивительно поэтому, что многие бывшие оппоненты власти и церкви (например, коллектив альманаха «Вехи») тут же перестали быть атеистами и социалистами, а стали проповедовать любовь к царю и кнуту, а также к религии. К ним примкнули многие бывшие противники церкви, которые реально испугались за свое нынешнее положение. Им было просто критиковать религию «осторожно», но при имеющемся положении (их устраивало это положение, и они в действительности не хотели перемен). Формально они заявляли, что хотели бы сократить роль религии, но как только роль религии была сокращена (после событий 1905 года), они тут же требовали не только вернуть все назад, но даже и усилить влияние религии.

И ведь видно, как священники говорят, что раб может «разорвать цепи», т.е. они уже заранее относятся к рабочим, как к рабам. Они даже не думают о том, чтобы улучшить жизнь рабочих, они лишь готовы их обманывать, дабы в итоге иметь больше выгоды.

После завершения революции 1905-07 гг. церковники вновь усилили свою роль, правительство их начинания полностью поддерживало. Но разве могли эти невежды сказать что-то новое или хотя бы разумное? Вот, например:

«Люди не оттого несчастливы, что неравны и угнетены, а оттого, что грешны, себялюбивы и не знают подлинной истины»(Кормчий, 1909, № 49)
Ну да, люди, которых заставляли работать более 10 часов в день (везде были разные условия), не были обеспечены социально, постоянно платили штрафы (опоздание, незначительные или значительные нарушения) и при этом получали гроши, конечно, были несчастливы постольку, поскольку были великими грешниками. Куда им до разодетых клоунов в золоте, которые обманывают людей, пользуясь невежеством.

И опять о собственности:

«Напрасно, мы стали бы искать в евангельских повествованиях хотя одно выражение, одно слово, которое можно было бы привести против частной собственности... Частная собственность признается и освящается евангелием» (Православный собеседник, 1909, № 9).

«Право собственности вечное понятие! Оно никогда не потеряет силы. Уничтожить это право — значит пойти против божеских и человеческих законов» (Руководство для сельских пастырей, 1910, № 31 — 32).

Частная собственность нигде не освящается евангелием, и право собственности – не вечное понятие. В начальные периоды развития человеческого рода такого понятия просто не существовало. А церковники так возопили лишь потому, что в законодательстве стало слишком много пунктов, которые касались частной собственности (регулирующие экономические отношения), поскольку фактически правительство жило за счет выручки от налогов, но население при этом голодало, поскольку цены на зерно поднимались, и ради выручки приходилось продавать его активнее, обрекая многих крестьян и рабочих на голод.

Мысли о неравенстве:

«Неравенство, необходимо и желательно в интересах самого же человечества, чтобы привести его к солидарности» (Православный собеседник, 1911, т. 1).

Т.е. равенство – это раздор, а неравенство – солидарность. Чем-то напоминает известную книжку «1984» или же эпиграмму Пушкина на Карамзина:

В его «Истории» изящность, простота.

Доказывают нам, без всякого пристрастья,

Необходимость самовластья.

И прелести кнута.

Поскольку в ту пору было больше социалистических партий, чем каких-либо иных, то попы, конечно, высказались и по этому поводу:

«Социалистическое верховенство народа совершенно несогласно с учением божественного откровения» (Вера и разум, 1912, № 5).
А все потому:
«Человек, при самом сотворении вместе с образом божиим получил от бога право собственности»(Вера и разум, 1912, № 3)

Забавно такое слышать от церковников, которых фактически лишили права собственности, начиная с периода Ивана Грозного (когда изъяли часть земель, а также запретили расширять монастырские угодья) и завершив при Екатерине Великой (т.н. секуляризация земель). Церковникам в целом было не так-то и удобно, учитывая тот факт, что они фактически проповедовали капитализм, ну а библия все-таки подстроена под рабовладельческое общество, поэтому приходится додумывать. Впрочем, кто спросит? Библию почти никто не читал в ту пору.

И еще о собственности (незадолго до февральской революции):
«Право собственности каждого, по учению христианства, — составляет святыню для всех неприкосновенную» (Духовная беседа, 1917, № 12).

Особенно неприкосновенно к ней относились божьи народы, которые занимались захватническими набегами на разные народы (по библии). И в целом именно захват чужой собственности – это в библии основной источник «права собственности».

Собственно, это самые яркие примеры того, как церковь демонстрирует свое истинное лицо. В статье о временном правительстве можно почитать, как резко церковь изменила свою точку зрения по вопросу о самодержавии как божественном устройстве (изменила в течение нескольких дней).

   

АПА1