16814dsgsdgdsh6999Далеко не всем очевидно, для чего нужна церковь вообще. Казалось бы, некая костюмированная коммерческая организация, где люди зарабатывают большие деньги и рассказывают о говорящей змее с непорочным зачатием. Однако не все так просто.

В действительности у церкви есть важные задачи, в частности обоснование социальных основ того или иного государства. Для этого и повторяют постоянно, что «всякая власть от бога».

Но этим, ясно, все не ограничивается. Когда войны – церковники благословляют. Если в войне победят противники, то они с радостью встанут на их сторону. В качестве примера можно вспомнить взаимоотношения церкви и орды.

Причем часто оказывается, что такое время для церковников прямо-таки золотое. Они вспоминали об этом:

«Ярлыками утверждались следующие льготы для духовенства: во-первых, русская вера ограждалась от всяких хулений и оскорблений со стороны кого бы то ни было, строго запрещалось хищение и повреждение принадлежностей внешнего богослужения; во-вторых, духовенство освобождалось от даней, всяких пошлин и всяких повинностей; в-третьих, все церковные недвижимые имения признавались неприкосновенными, и церковные слуги, т. е. рабы и холопы, объявлялись свободными от каких бы то ни было общественных работ» (Звонарь, 1907, № 8).


«В татарский, или монгольский, период, независимое положение церкви нашей упрочилось благодаря покровительству татарских ханов Золотой Орды. В этот период времени церковь наша получает от ханов особые привилегии, благодаря которым духовенство благоденствует и становится крупной капиталистической величиной» (Странник, 1912, № 8)

Ну и о своей основной деятельности они тоже говорят в кризисный период:

«Для того чтобы удалить из сердца пролетария недовольство и отчаяние, нужно указать ему за мрачными тучами скорбей и бедности, которые его окружают, лазурное небо вечных наслаждений в обителях отца небесного, которое открывает религия. Отнимите у пролетария религию, и вы напрасно будете убеждать его быть скромным и уважать права другого: он, может быть, будет молчать до поры до времени, но при удобном случае разорвет свои цепи» (Православный собеседник, 1909, т. II).

Так что дело совсем не в глупых историях и заработке. Цель конкретная. Ведь дело в том, что ранние верования в действительности выполняли ту же самую работу, обосновывая тот или иной социальный строй.

Тут не важно, какое правительство, какая экономика. Государственная религия благословляет все, и до конца стоит за то, чтобы ничего не менялось вообще. С другой стороны, конечно, любые перемены тоже благословляются. Просто перемены происходят не по воле церкви, а по воле государства. Иногда даже бывают конфликты, как, например, по поводу реформ Петра I.

В отсталом обществе церковь является важнейшим социальным институтом. У нее много общественных функций, а поскольку нет светских социальных институтов, а люди в большинстве своем не имеют образования, работают всю жизнь с раннего возраста на износ, то часто в действительности можно понять, почему власть ставила на церковь.

Из года в год церковники проповедовали людям, что нужно смириться со своим положением, каким бы оно ни было. Ведь самое главное то, что будет после смерти.

Конечно, это работает не идеально, и поэтому в случае чего есть люди, которые силой меча докажут истинность религии. Именно поэтому с таким усердием на Руси уничтожались любые еретические движения. Ибо они в конечном счете воспринимались как противники власти.

Если говорить о функциях конкретно, то примерно для общества церковь выполняла функции и театров, и СМИ, и школ, и различных министерств, которые появились если не в XIX, то в XX веке. Дело в том, что просто никаких альтернатив не было. Запрещались даже народные гуляния, игры и пляски.

И если в первое время после крещения общество еще как-то сопротивлялось, то в дальнейшем просто нечего было и возразить. Ведь человек уже следующего поколения рождался в среде, где церковь занимает ключевые позиции. Если он и мог выступать против, то с какой позиции? Напоминаю, что не было образования, а людей на определенном отрезке истории вообще могли продавать как скот или проигрывать в карты.

Поэтому для народа ничего позитивного, кроме церкви, и быть не могло. Ведь, во-первых, отправлять культ в церкви явно не такая тяжелая задача, как работать по 14-20 часов в день (в зависимости от произвола господ). Ну и разговоры о «загробной жизни» вселяли надежду.

Маркс совершенно верно писал по этому поводу:

«Религиозное убожество есть в одно и то же время выражение действительного убожества и протест против этого действительного убожества. Религия — это вздох угнетённой твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа».

«Упразднение религии, как иллюзорного счастья народа, есть требование его действительного счастья. Требование отказа от иллюзий о своём положении есть требование отказа от такого положения, которое нуждается в иллюзиях. Критика религии есть, следовательно, в зародыше критика той юдоли плача, священным ореолом которой является религия».

Тут самое интересное в том, что если появлялись любые еретики, скажем купцы, то они легко могли на свою сторону привлечь тех же крестьян. Любая глупость, где упоминается Христос, могла в действительности привлечь массы, и это была основная проблема для властей, потому что «новые культы» были оппозиционными, их часто принимали даже представители высшего общества, поскольку надеялись, что в итоге получится сместить нынешнюю власть. Так что вначале просто убивали любых противников православия. Затем, уже в XIXвеке, появились законы, по которым не убивали еретиков, а сажали или ссылали.

Почему же священник в деревне занимал место и врача, и учителя, и писаря, и даже чиновника? Потому что, во-первых, не было ресурсов для содержания современной инфраструктуры, а во-вторых, экономически это просто нецелесообразно.

Тем более что сеть торговых точек церкви работала эффективно. И тут важно понимать еще одну особенность религии. Дело в том, что государство хотело поддерживать все в «стабильности», но ведь разделение труда в аграрном обществе в известной мере децентрализовано, и поэтому если бы не занимались религиозной пропагандой, то везде были бы какие-то непонятные зачатки общественной надстройки. В одной деревне верили бы в Перуна, в другой – в Христа. Где-то в Аллаха или еще кого. Элиты имели бы свои взгляды и четкие экономические интересы, которые во многом могли противоречить интересам центра.

Проблема ведь еще в том, что князья и так воевали друг с другом, даже несмотря на «единую» идеологию. А без нее, видимо, все было бы еще хуже. Т. е. не было бы контроля. Как можно при таких условиях гарантировать стабильность да и вообще развитие? Никак. А тут же речь идет об организации, которая сотни лет вбивает с самого рождения людям в головы идею о том, что все современное общество установлено богом. Никакие особые законы для большинства не нужны. Церковники проповедовали «сакральные истины».

Но общество развивалось, и со временем появилась необходимость создавать светские общественные институты. Т. е. у церкви отнимали функцию за функцией. Закрепил это положение Петр, когда отменил патриаршество и вообще включил церковников в аппарат государства, т. е. они стали чем-то вроде чиновников. Появилась академия наук, позднее первые СМИ, министерство культы и просвещения.

С образованием произошел интересный процесс, ведь городу понадобились квалифицированные кадры. Однако студенты не могли смириться с положением крестьян, и поэтому появлялись организации вроде «Народной воли». Сторонники подобных идей практиковали «хождение в народ», т. е. приходили в деревни и занимались просвещением крестьян. За что многих отправляли в ссылку.

Функции церкви вне аграрного общества ограничены, однако это не означает, что использовать ее вообще нельзя. В действительности до сих пор церковники будут говорить об «извечности» нынешнего социального порядка, но эффективность подобной проповеди под большим вопросом.

Ведь в современном обществе вместо священного писания выступает наука и образование; законодательство, а не традиции или «сакральные истины» и т. д. И даже если человек «воцерковленный», то все равно он член современного, а не аграрного общества.

Самое интересное то, почему в современности возвращаются старые предрассудки, пережитки традиционного общества? Это, естественно, не глупость чиновников. В основном подобное положение обосновывается той экономической политикой, которую выбрала нынешняя власть.

Россия – не развитое государство, а преимущественно сырьевой придаток запада. Нет особой необходимости в развитии, и так все неплохо. Можно продавать нефть и газ, а если чего-то не хватает, то купим. Зачем развивать дорогие технологии, когда их проще купить? Поэтому функции светских общественных институтов потихоньку возвращают церкви. Институты «урезают» и ликвидируют за ненадобностью.

Это переходный период от СССР к России. Поскольку сложно поставить людей в прямо рабские условия, отнять социальные права. Сложно, например, увеличить пенсию, отменить социальную сферу, бесплатное образование. Однако говорят об этом уже давно. Проблема в том, что отдельные регионы РФ вообще не нужны для экономики, и «разумно» было бы просто отказаться от поддержки. Но это означает просто смерть для жителей этих мест.

Основатель ВШЭ Ярослав Кузьминов отметил:

«Новая модель многократно обсуждалась. Это экономика, которая инвестирует в человеческий капитал и получает от него возрастающую отдачу. У нас слишком высокая оплата труда, чтобы претендовать на нишу всемирной фабрики. И слишком образованное население — две трети, если не три четверти, молодых россиян не готовы работать руками».

Т. е. нужно у людей отнять права, ликвидировать светские общественные институты. А кто встанет на их место? Очевидно, что религия займет не последнее место. И то, что мы наблюдаем сегодня, это именно подготовка.

Ведь религия потихоньку входит в школы, армии, больницы и др. светские учреждения. Государство открыто выделяет миллиарды рублей для церкви, причем всегда только для РПЦ. И никого не заботит, что это противоречит законам РФ.

Закон, впрочем, не играет особой роли, когда в прошлом индустриальная страна превращается в сырьевую. Да и нужно помнить, что никакого смысла в «демократической конституции» где-нибудь в Африке (для примера) вообще нет. Практика все равно будет совершенно иной. Поскольку положения всегда должны быть материально обеспечены, а если нет ресурсов, то остаются только бессмысленные фразы.

Образование, искусство, социальные права воспринимаются государственными функционерами в большей мере как излишество. Это нужно ликвидировать, но все просто только на словах. Тот же Шувалов прямо заявляет:

«Разве мы готовы тотально закрывать школы? Это было бы эффективно с точки зрения здравого смысла. Но общество к этому не готово».

Вот что значит «здравый смысл» для основных деятелей партии «Единая Россия».

Многие функционеры режима выражаются откровенно. Например, Герман Греф о манипуляции:

"А великие мыслители, такие как Лоа-цзы, придумывали свои теории Дао, зашифровывая их, боясь донести до простого народа, потому что они понимали, как только все люди поймут основу своего Я, самоидентифицируются, управлять, т.е. манипулировать ими будет чрезвычайно тяжело. Люди не хотят быть манипулируемыми, когда они имеют знания... Как управлять ими? Любое массовое управление подразумевает манипуляции. Как управлять таким обществом, в котором все имеют равный доступ к информации, и все имеют возможность судить напрямую и получать напрямую не препарированную информацию через обученных правительством аналитиков, политологов и огромной машины, которая спущена на голову. Средства массовой информации, которые как бы независимы, а на самом деле мы понимаем, что все средства массовой информации все равно заняты построением, сохранением страт. Как в таком обществе жить?".

Стоит заметить, что это он сказал на международном экономическом форуме, т. е. для «элиты» это совершенно нормальные заявления. Так что удивляться клерикализму не стоит. Для чиновников это очень даже рационально.

Поскольку дикие идеи сложно внушить уже сформировавшимся людям, то главная задача сегодня – активно распространять идеи среди детей, через школы и СМИ, «защищая» между делом их от «вредной информации».

Режим и власть будут «сакральны», и это будет актуально в ближайшее время. Конечно, скандалы по этому поводу будут, но вряд ли РПЦ в конфликте со светским обществом проиграет, если не произойдет никаких перемен в нынешней экономической политике.

Поэтому рухнуть РПЦ может только в том случае, если власть откажется от сырьевой экономики, будет проводить, скажем, новую индустриализацию, заниматься развитием науки и т. д. Но это маловероятно, что так вдруг чиновники «одумаются» и решат пойти против мировой экономики, радикально пересмотреть свое положение. Тут скорее: «После нас хоть потоп».

   

АПА1