Народные восстания и православная церковь

v55uyfdВ истории Русского царства, затем Российской империи народные восстания происходили часто. Обыкновенно мелкие, но были и большие. Чаще всего цель восставших – борьба против кабалы или же просто борьба за физическое выживание.

В основном восставшие – низшие слои общества, то есть холопы, крепостные, которых могли православные владыки продавать точно так же, как продают скот. Их мотив ясен.

И тут интересна реакция православной церкви, где утверждалось, что в православии есть некая абстрактная истина, раз и навсегда установленная, которую не изменить.

Восстание Болотникова

Основные силы восстания – крепостные крестьяне. Что такое крепостничество:

«Крепостное право, совокупность юридических норм феодального государства, закреплявших наиболее полную и суровую форму крестьянской зависимости при феодализме. Крепостное право включало запрещение крестьянам уходить со своих земельных наделов (т. н. прикрепление крестьян к земле или «крепость» крестьян земле; беглые подлежали принудительному возврату), наследственное подчинение административной и судебной власти определённого феодала, лишение крестьян права отчуждать земельные наделы и приобретать недвижимость, иногда - возможность для феодала отчуждать крестьян без земли»[1].

Мятежники воспользовались ситуацией, так как в период Смутного времени поползли слухи о том, что убили не Лжедмитрия I, а кого-то другого. Восставшие во главе с Болотниковым утверждали, что они представляют якобы выжившего царя, Болотников называл себя воеводой Дмитрия.

Положение царя Шуйского было шатким, поэтому бунтовщиков поддержали некоторые представители знати. Восстание можно считать гражданской войной, так как в действительности в конфликте участвовали все социальные слои того периода.

Церковники не только встали на сторону Шуйского, но и сами активно подавляли восстания. В Антониево-Сийском монастыре в период выступления Болотникова постоянно конфликтовали монахи и крестьяне. Дело в том, что ранее царь подарил монастырю 22 независимые деревни, монахи закабалили крестьян.

Что происходило[2]:

"а у иных крестьян они, старцы, деревни поотнимали с хлебом и с сеном, и дворы ломали и развозили, а из их деревень крестьяне от того игуменова насильства, з женами и з детьми из дворов бежали".

Монахи сами расправлялись с непокорными крестьянами. Иногда убивали:
"а живота остатки [имущество] в монастырь взяли все".

А иногда:

"со многими людьми, у них крестьян, из изб двери выставливали и печи ломали".

В общем, та еще духовная гармония. Правительство Шуйского подключило православную церковь к борьбе с «изменниками». Хотя в Смутное время еще не было очевидно, кто возьмет власть, церковники все же ставили на Шуйского, так как почти всю территорию он контролировал.

Главное идеологическое оружие того времени – церковь. От ее лица говорил патриарх Гермоген:

«А ею б оси, сыну, грамоту велел чести на соборе не поодинова, чтобы ведомо было всем православным крестьяном. И в свои монастырские села, по всем святым церквам, с сее нашие грамоты списки посылал к священником и, призывая их, с поучением наказывал от божественнаго писания, чтоб отпадших крестьянские веры разбойников и губителей крестьянских, злодеев, воров, не слушали никак ни в чем... и помня б на чем крест целовали государю царю и великому князю Василию Ивановичу всеа Русии, стояли б против воров крепко, чтоб им тако ж не погинути и з женами и з детми в разорении не быти... А стоят те воры под Москвою, в Коломенском, и пишут к Москве проклятые свои листы и велят боярским холопем побивати своих бояр и жены их и вотчины и поместья им сулят, и шпыням и безъимянником вором велят гостей и всех торговых людей побивати и животы их грабити, и призывают их воров к себе и хотят им давати боярство, и воеводство, и окольничество, и дьячество... И государь милостив ждет их воров к себе обращения, и чтобы престала брань межуусобная и погибели бы крестьяном не было, к ним злодеем от Москвы ни един же отгоржеся, а от них к государю приезжаючи многие добивают челом, и государь милостив их вины им отпущает»[3].

Преступники – те, кто воюет с крепостниками. И обосновывается это «божественным писанием», других оснований и не надо. Патриарх также заявлял, что участники восстания:

"отступили от бога и от православныя веры и повинулись сатане и дьяволским четам".

А воля Шуйского:

"воистину свята и праведна истиннаго крестьянского (т. е. "христианского") царя"[4].

Все эти послания распространялись среди населения. Нужно было внушить каждому, что Болотников – слуга дьявола, раз против богоданного царя выступает.

Болотников проиграл царю, церковники распространяли грамоту Гермогена[5]:

«Грех ради наших и всего православнаго християньства от востающих на церкви Божий и на християнскую нашу истинную веру врагов и крестопреступников межусобная брань не престанет. И бояр, и дворян, и детей боярских, и всяких служивых людей беспрестанно побивают, и отцов, и матерей, и жен, и детей их всяким злым поруганием бесчестят. И православных хрестьян кровь, иже поборают за благочестивую християньскую веру и за святыя Божия церкви, аки вода проливается. И смертное посечение православным християном многое содевается, и вотчины их и поместья разоряются, и земля от воров пуста чинится».

Как можно заметить, патриарха волнуют только дворяне да бояре, его настоящие владыки, в чьих интересах он всегда вещал. А победил Шуйский только потому, что за веру сражался:

«И благочестия рачитель, великий государь наш царь и великий князь Василей Иванович всеа Русии, видев святыя церкви разоряеми и православную кровь напрасно проливаему, прося у... [всех небесных сил] милости, пошел сам против тех злодеев и немилостивых губителей, подобяся древним благочестивым християнским государем, иже за благочестивую християнскую веру крепце и мужественне поборая».

Впоследствии в церкви превозносили царя, утверждали, что он поставлен богом и победит всех врагов. В действительности же он правил всего несколько лет, затем свергнут при поддержке бывших сторонников. Такая же участь ждала патриарха Гермогена, поскольку он был ближайшим соратником Шуйского.

Восстание Разина

В годы, когда выступил Разин, крепостное право оформилось полностью. В ту пору также были большие проблемы в экономике, так как основные ресурсы шли на войну.

Разин каждого, кто вступал в войско, освобождал. Это привлекало крепостных крестьян и особенно так называемых инородцев, поэтому к нему переходили почти все взрослые мужчины некоторых городов. Никаких оснований у крепостных защищать государство и уж тем более баринов, конечно, не было.

Разин - герой простолюдинов, он говорил:

"Я пришел бить только бояр, да богатых господ, а с бедными и простыми готов, как брат, всем поделиться"[6].

На захваченной территории создавался «казацкий строй». Жители делились на тысячи и сотни с выборными атаманами и все проблемы решались в «круге». К церкви Разин относился негативно, он понимал, что она – служанка царя:

"На что церкви? К чему попы? Венчать, что ли? Да не все ли равно: станьте в паре подле дерева, да пропляшите вокруг него – вот и повенчались"[7].

Разин был верующим, но по взглядам близок к богомилам[8]. К церкви восставшие относились в целом презрительно, ведь церковники сами были угнетателями. Например, в 60-х годах XVII в. только монастырям принадлежало 87907 крестьянских дворов[9]. Церковь была прямо заинтересована в том, чтобы подобные восстания не завершились успехом.

Поэтому, как и в случае с Болотниковым, в церквях проповедовали о том, что Разин - слуга дьявола. В 1671 году Степана Разина предали анафеме[10, с. 10]. Свобода для крепостных крестьян – хуже кабалы, как считали попы, ибо крестьяне должны терпеть эксплуатацию ради жизни после смерти.

Учитывая массовую поддержку Разина, можно понять, что даже невежественные крестьяне не всегда верили церковникам. Примечательно, что Разин пытался договориться с уже бывшим и опальным патриархом Никоном[11], дабы использовать его влияние против власти.

Это не означает, что Разин поддерживал идеи Никона. На самом деле он мог сотрудничать и со старообрядцами, и с сектантами. Разин также заявлял, что на его стороне царь Алексей Алексеевич, который в действительности скончался незадолго до восстания. От его имени объявлялось, что будет ликвидировано крепостничество.

Патриарх Иоасаф II «обличал» Разина. Вот типичный церковный документ того периода:
"И он, Стенька, предався в неискусен ум неподобная творити, износил на имя господне и на его святую церковь хулу и священников з Дону учал збивать, хотя жить без браку, и тем истинные християнские народы от бога отлучены учинить и осквернить"[10, c. 193].

Это более страшные обвинения, чем торговля людьми. Вот еще пример (они все похожие):

"Донской казак, забыв господа бога и святую соборную и апостольскую церковь и православную христианскую веру, своровал, ему, великому государю, и всему Московскому государству изменил... А про спасителя нашего Иисуса Христа говорит он всякие хульные слова"[10, c. 196].

Спрашивается, а откуда знает этот поп, что там говорил или не говорил Степан Разин? Если хульные слова и были, то скорее они касались патриарха, а не Иисуса Христа, в которого сам Разин верил.

В ходе успешных сражений к Разину присоединялось все больше крестьян, в том числе монастырских крестьян, а это удар по кошельку церкви.

Церковники постоянно пытались восставших остановить словами о том, что если они сдадутся, то их тут же помилует власть. Мало кто слушал такие призывы, потому что это ложь. Многих бунтовщиков, которые уже после поражения Разина сдавались, убивали.

Восставшие проиграли, что неудивительно. Все-таки обученные войска сильнее бедняков. На суде Разина обвиняли не только в том, что он организовал восстание, но и в «богохульстве», «вероотступничестве» и проч.

Царь отблагодарил особо рьяных попов – подарил им земли с крестьянами. После победы во всех церквях заставляли людей присягнуть царю-батюшке «духовно». Рассказывали, что восставать против власти – это как восставать против бога. А поскольку любая власть от бога, то ничего изменить не получится. Крепостное право – нечто извечное, богоданное, что никак не уйдет в прошлое.

Восстание Пугачева

Основная причина восстания, которое было крупнейшим в те годы, - недовольство казаков, которых лишали свободы. До определенного момента казаки действительно были свободным сословием со своими порядками. Только позже они стали символов реакции, защитниками царизма и мракобесия.

Из-за потери свободы казаки нередко сопротивлялись, что приходилось направлять на них войска. Не меньшее недовольство выражали крестьяне, которых приписывали к частным заводам. Тогда никаких прав не было, и рабочую силу использовали как угодно.

В конечном итоге бунтовщики объединились. А возглавил их Емельян Пугачев, который называл себя Петром III. Он утверждал, что бежал с тюрьмы, а не погиб, как утверждали власти.

Естественно, простолюдины поверили в это достаточно легко, тем более что им обещали вернуть свободу. Крепостным крестьянам приходилось тяжелее всего. Екатерина II, которая свергла мужа при помощи элиты, стала зависима от этой элиты, действовала в ее интересах. Прежде всего наделила лиц высшего сословия большими привилегиями, частично отменила отдельные «жесткие» положения Петра Великого.

Крепостным Екатерина запретила жаловаться на хозяев. А «свобода» в плане отношения к крепостным достигла своего пика. Никаких норм больше не было. Крепостных даже проигрывали в карты, их за людей вообще не считали. Но самое ужасное, что убийства крепостных оставались безнаказанными.

Ясно, что выступать против таких порядков – право угнетенных. Тем более что они – большинство. И жестокость в данном случае, несомненно, оправдана.

И тут есть интересный момент – позиция церковников. Если в прошлом у них были все основания выступать за угнетателей, то теперь ситуация сложнее. Как уже говорилось раньше, Екатерина полностью подчинялась интересам правящего класса, в противном случае она бы не взяла власть. А представители высших сословий решили, что у церкви слишком много земель – пора делиться!

С другой стороны, само время было против церкви, так как уже бурно развивалась экономика во всем мире, нужно было просто рациональнее использовать ресурсы, в том числе землю. В общем, церковь лишилась своей собственности, и это сильно ударило по кошельку.

Попы не бедствовали, но потеряли экономическое влияние. При Екатерине II также ликвидированы десятки монастырей. Казалось бы, ужас – «гонения». Но что церковь реально могла поделать?

Начал реформу муж Екатерины Петр, но она не стала ее отменять. Реакция попов:

«Странный образ действий, которого нельзя было бы ожидать даже от басурманского правительства»[12].

Но все это говорилось тихо, против правительства попы не могли пойти.

Что было бы? Никто реально за попов бы не вступился, а правительственные войска легко бы успокоили негодующих церковников, а на их место поставили бы тех, кто со всем согласен, тем более что государство продолжало пользоваться услугами церкви, выделяло деньги попам.

Из высших кругов церкви нашелся только один противник секуляризации земель – митрополит Арсений (Мацеевич). Это один из самых главных церковных деятелей той поры. Но никто его не поддержал открыто, а синод – осудил. Затем его лишили сана и заточили в монастыре. Главный преступник в те годы – тот, кто выступает против власти. И неважно, какой он занимает пост.

Несмотря ни на что, церковники все же во время восстания оставались верны Екатерине. Хотя тут все было не так однозначно, поскольку на захваченной бунтовщиками территории попы нередко приветствовали «императора Петра», хотя и понимали, что это не Петр. Ну, это обычная история, церковники любой власти прислуживали.

Во время восстания особенно активно с церковниками сражались инородцы, которых насильственно крестили и угнетали. Они уничтожали не только помещиков и дворян, но и попов[13]. Схема у царизма была простая: захват земель, установление жестких порядков, насильственное крещение. Погромы происходили еще до того, как на месте появлялся Пугачев. Нередко он въезжал в города инородцев уже беспрепятственно, а в его войска вступали новые люди. На территориях, которые контролировались Пугачевым, действовал указ о вольности крестьян[14].

Церковь – место, где распространялась в ту пору информация, в том числе политическая. Пугачева обличали. Он «богохульник», «слуга дьявола» и проч. и проч. Но главное, в церквях доказывали, что Пугачев – не Петр III. В качестве доказательства приводился следующий «факт»: Пугачев носит шапку потому, что палач выжег знаки на голове за какой-то проступок (ясно, что императора палач бы не тронул). Поскольку это сообщение доходило почти до всех, Пугачев с легкостью его опровергал, то есть снимал шапку и демонстрировал, что там никаких знаков нет.

Государство и на этот раз победило. Пугачева и его ближайших соратников казнили, в отдельных деревнях показательно убивали сторонников восстания, а в церквях снова говорили о «власти от бога», которая установлена на века.

Источники

Источники

1. Крепостное право. URL: http://bse.sci-lib.com/article066160.html

2. И. И. Смирнов. Восстание Болотникова 1606-1607. - М.: Политиздат, 1951. - С. 60 – 61.

3. Восстание И. Болотникова. Документы и материалы. — М.. 1959. С. 196—197.

4. Смирнов И.И. 'Краткий очерк истории восстания Болотникова' - Москва: Госполитиздат, 1953.

5. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографическою экспедицией Академии наук. — СПб., 1836. Т. 2. № 74.

6. Н. Костомаров. Бунт Стеньки Разина, 1994.

7. Ежегодник Музея истории религии и атеизма, т. 4, 1960, с. 232.

8. Казачество: проблемы истории и историографии : материалы 28-й всероссийской заочной научной конференции, 2003.

9. П. Малыгин. Роспись 170 г. "Записки Отделения русской и славянской археологии Русского археологического общества". Т. II. СПБ. 1861, стр. 401 - 402.

10. Крестьянская война под предводительством Степана Разина. Т. 1, 1954.

11. "Крестьянская война под предводительством Степана Разина". Сборник документов. Т. III. М. 1962, N 288, стр. 355 - 358.

12. Н. Н. Фирсов. Исторические характеристики и эскизы. Том 2. Гос. изд-во, 1922. Стр. 59.

13. Мавродин В. В. Крестьянская война в России 1773—1775 годов. Восстание Пугачёва. Том III. — Л.: Издательство Ленинградского университета, 1970. — C. 160.

14. Аксенов А. И., Овчинников Р. В., Прохоров М. Ф. Документы ставки Е. И. Пугачёва, повстанческих властей и учреждений / отв. ред. Р. В. Овчинников. — Москва: Наука, 1975. — C. 46-47.