i4dsf400Петербургские депутаты собираются дополнить городские праздники «днем Иоанна Кронштадтского». Известно, что инициатива исходила изначально от Виталия Милонова, что не удивительно, но проблема заключается в том, что подобное в действительности они, возможно, и реализуют.

Личность Иоанна Кронштадтского «священна». Это некий непререкаемый авторитет православия, в котором и сомневаться не стоит. Однако – это символ. Он есть на иконах и в городских легендах, но реальная история Кронштадтского мало кому знакома, в т.ч. депутатам, которые желают ввести праздник в честь этого человека.

Ведь если это реализуют на практике, то это будет очередным шагом к тому, что Санкт-Петербург медленно, но верно превратится из «Культурной столицы» в столицу каких-то нелепых черносотенных и мракобесных законов. К слову, у Милонова, помимо всего прочего, есть и другие законопроекты подобного толка.

Милонов блеснул своими познаниями в истории:

"Нет, наверное, человека, который бы не знал о деятельности священника, известного общественного деятеля, одного из отцов петербуржской благотворительности Иоанна Кронштадтского. Это человек, который оставил свой добрый след в истории Петербурга. Он создал Общество трезвости, которое получило всероссийскую известность"

Милонов был бы прав, если бы сказал, что нет человека, который бы не слышал о том, что некто Иоанн Кронштадтский когда-то жил. Однако с биографией оной персоны навряд ли многие знакомы.

Милонову поддакивает депутат Марченко:

"Имя Иоанна Кронштадтского наряду с такими именами, как Александр Невский, привлечет в Петербург миллионы паломников"

Да уж, главный мракобес и отрицатель эволюции, а также ненавистник прогресса прямо-таки «лакомый кусочек», особенно для туристов. Это все равно, что какой-нибудь «дракон Ку-клукс-клана» из южного штата может быть символом этих самых штатов, и праздник в честь него привлечет туристов. Впрочем, мракобесы из других городов России, конечно, это и может собрать, но навряд ли это можно считать за «достижение».

На удивление, были и возражения, что случается достаточно редко, когда речь заходит об обскурантизме. Депутат Александр Кобринский осторожно раскритиковал данную инициативу:

"Иоанн Кронштадтский был одним из представителей черносотенцев, участвовал в травле Льва Толстого в связи с его убеждениями"

Однако никто его слушать не стал, и большинством голосов поддержали Милонова (34 «за», а 5 «против»). Так что проект закона принят за основу, и в скором времени в действительности может быть городской праздник - «День Иоанна Кронштадтского».

Хотелось бы в связи с этим напомнить, кто такой Иоанн Кронштадтский. Поскольку, конечно, меткое замечание депутата Кобринского не отображает всей сути.

В действительности господин Кронштадтский – это известный манипулятор, который активно спекулировал на православном культе при полной поддержке со стороны государства, поскольку само государство было кровно заинтересовано в невежестве. В этом смысле Кронштадтского можно справедливо считать государственным идеологом и пропагандистом своего времени.

Однако конец XIX и начало XX века вряд ли подходят в плане идеологии для масс уже в XXI веке. Впрочем, депутаты считают иначе.

Важно отметить сразу, что Кронштадтским сей персонаж зовется не просто так. Дело в том, что он был направлен «служить» в Кронштадт. Причем в ту пору это было местом административной высылки «асоциальных личностей», т.е. нищих, убогих, люмпенов, алкоголиков и проч.

В общем, самый цвет нации. Эти люди обыкновенно ошивались близ церквей и составляли значительную массовку на крестовых ходах.

Тем более что было это все во времена, когда уголовно карали за любые выпады в адрес православия. Более того, наказать человека могли и за переход в другую веру или за отказ отправлять православный культ. Так что ошибкой было бы назвать Кронштадтского «особым проповедником». Людей заставляли верить в безумные догмы православия, заставляли силой закона, а вовсе не проповедями священника.

Вскоре на Кронштадтского возложили особые полномочия. Он занялся т.н. «благотворительностью». Однако это вопрос отдельный. Известно, что ему платило зарплату государство, и что он, очевидно, «влезал» с другими попами в общую кассу пожертвований. Фактически ему слали со всей России каждый месяц десятки тысяч рублей, а он достаточно редко на эти средства отстраивал храмы и монастыри (т.е. торговые точки). Понятно, что никакой отчетности там не велось, а сам Кронштадтский, по заверению того же Чаплина:

«…мы знаем, что и иерархи христианской древности, и практически все архипастыри Церкви Русской имели и резиденции, не уступавшие или немного уступавшие царским и княжеским, и соответствующие колесницы. Мы знаем, что святой праведный Иоанн Кронштадтский носил шелковые рясы и передвигался на личном пароходе. <…>

Пароход как достойная замена дорогой иномарке.

Однако это далеко не полная характеристика Кронштадтского, а лишь набросок. Более подробно его характеризует опись, сделанная после смерти. Но об этом чуть позже.

Затем государство привлекло этого попа заниматься «общественными настроениями», поскольку уже в начале XX века начинались революционные выступления. Причем даже до революции 1905 года.

Известно письмо Кронштадтского по поводу еврейских погромов в Кишиневе, когда было убито около 50 человек и пострадало более 500. Т.н. «Православные националисты» громили всех подряд: убивали женщин, стариков и детей. Изначально повестка заключалась в том, чтобы, пускай и вяло, но осудить погромщиков, поскольку еврейская (и международная) общественность негодовала. Ведь как так можно? Пришла толпа, начала убивать людей, а где же защитники правопорядка? Так что задним числом некоторые попы (в т.ч. Кронштадтский), вяло покритиковали погромщиков.

Однако «люд православный» не оценил этого. Так что Кронштадтскому пришлось резко реабилитировать себя в их глазах. Он пишет второе письмо, где указывает:

«в погроме виноваты преимущественно сами евреи»

Т.е. люди, которые жили отдельно от остальных, сами виноваты в том, что безумная царская власть разжигает лютую ненависть, открыто распространяя различные листовки и книги антисемитского содержания. К примеру, «Протоколы сионистских мудрецов» распространялись при помощи государства и церкви, а там было написано, что евреи буквально захватят власть и будут «издеваться» над «гоями». Была дана установка: обвинить во всех бедах евреев и революционеров, что все идеально, а они, мол, мешают. Но погромы стали порой выходить из под контроля. Впрочем, вскоре с этим смирились, ведь евреи сами виноваты. Они же еще и Иисуса убили.

Роль православных в целом достаточно высока, если речь идет о еврейских погромах (часто среди погромщиков были и священники). И если вначале можно было видеть некую «критику», то потом это все исчезало, а с развитием первое революции – тем более. В 1905 году Кронштадтский уже писал так:

«по всему виновники — евреи, подкупившие наших хулиганов убивать, грабить, изводить пожарами русских людей»

Это было воззвание к погромщикам и убийцам, т.н. «истинным Русским людям». Понятно, что оно побудило многих к «активным действиям». Такие люди взрывоопасны. Тогда христианские фанатики-погромщики мало чем отличались от фанатичных исламских радикалов, которые демонстрируют активность сегодня.

Очевидно, что государство Николая IIискреннее считало этих самых погромщиков – своей опорой, поскольку казалось, что отвернулись уже почти все. А сумасшедшие погромщики, которые маршировали с хоругвями, конечно, оставались еще значительной силой. Вскоре эти люди начали организовываться, создавать собственные террористические организации, которые, в сущности, занимались не только погромами, но и физическим устранением оппозиционеров и революционеров. И опять же одним из идейных вдохновителей этих людей был Иоанн Кронштадтский.

Отдельно можно отметить ненависть в отношении Льва Толстого, о которой уже упоминалось ранее. Этот тип написал множество статей против графа, даже молился о его смерти:

«6 сентября 1908 г. Господи, не допусти Льву Толстому, еретику, превзошедшему всех еретиков, достигнуть до праздника Рождества Пресвятой Богородицы, Которую он похулил ужасно и хулит. Возьми его с земли — этот труп зловонный, гордостию своею посмрадивший всю землю. Аминь»

Он даже «предсказал», что смерть Толстого будет «Люта»:

«Смерть грешника люта. И смерть его — Толстого — будет страхом для всего мира»

Однако по факту все было иначе. Толстой умирал достаточно естественной смертью, а вот Кронштадтский достаточно «люто», он три года страдал: «мучительной болезнью мочевого пузыря».

С другой стороны, конечно, не стоит забывать о конъюнктуре, поскольку роль Кронштадтского – это в первую очередь политическая роль.

Интересно охарактеризовал его Лейб-хирург Н. А. Вельяминов:

«Ливадия дала мне тоже достаточно материала для наблюдений над этим бесспорно недюжинным священником. Думаю, что это был человек по-своему верующий, но прежде всего большой в жизни актёр, удивительно умевший приводить толпу и отдельных более слабых характером лиц в религиозный экстаз и пользоваться для этого обстановкой и сложившимися условиями. Интересно, что отец Иоанн больше всего влиял на женщин и на малокультурную толпу; через женщин он обычно и действовал; влиять на людей он стремился в первый момент встречи с ними, главным образом, своим пронизывающим всего человека взглядом — кого этот взгляд смущал, тот вполне подпадал под его влияние, тех, кто выдерживал этот взгляд спокойно и сухо, отец Иоанн не любил и ими больше не интересовался. На толпу и на больных он действовал истеричностью тона в своих молитвах. Я видел отца Иоанна в Ливадии среди придворных и у смертного одра государя — это был человек, не производивший лично на меня почти никакого впечатления, но бесспорно сильно влиявший на слабые натуры и на тяжело больных. Потом, через несколько лет, я видел его на консультации больным в Кронштадте, и это был самый обычный, дряхлый старик, сильно желавший ещё жить, избавиться от своей болезни, и нисколько не стремившийся произвести какое-либо впечатление на окружавших. Вот почему я позволил себе сказать, что он прежде всего был большой актёр…»

Такой вот актер, один из вдохновителей и спонсоров погромщиков. Сомнительный «герой». К слову, эти способности прямо-таки были источником того, что еще при его жизни была создана отдельная секта «Иоаниток». Эти дамы считали Кронштадтского буквально «воплощением бога». Часто там были достаточно богатые дамы, которые, что не исключается, жертвовали значительные суммы их «богу». Сам он формально, конечно, от них открещивался, но сложно сказать, как все дела обстояли в действительности.

Но самое интересное – это записки судебного пристава по охранительной описи имущества Иоанна Кронштадтского. Жил этот скромник в огромном доме. А завещание изначально было очень «мутное». Так, во-первых, в день смерти пропало 50 тысяч рублей, а во-вторых, завещание Кронштадтский «написал» буквально за несколько часов до смерти.

В описи значится:

Наличные деньги - 13 000 рублей
Процентные бумаги - на 69 рублей
Золотые монеты - 125 штук
Золотые и серебряные пуговицы - 70 штук на 125 рублей
Ордена и медали - 30 штук на 590 рублей
Золотые цепочки - 8 штук на 202 рубля
Наперсные золотые кресты с украшениями и драгоценными камнями - 28 штук на 434 рубля
Часы золотые - пять штук на 262 рубля
Иконы в серебряных и золотых окладах - 89 штук на 4 447 рублей
Церковная утварь - 146 штук на 1211 рублей
Евангелия в золотых и серебряных окладах 19 штук на 547 рублей
Подстаканники серебряные - 96 штук
Ложки серебряные - 34 штуки
Альбомы в серебряных окладах - 38 штук
Полотняные рубашки - 342 штуки
Кальсоны - 124 пары
Шелковые носки - 281 пара
брюки - 31 пара (четыре пары на пуху)
Сапоги - 53 пары
Туфли - 18 пар
Шляпы - 30 штук
Галстуки - 34 штуки
Подрясники - 41
Рясы муаровые - 31
Посохи и зонты - 11 штук
Меховые шубы - 4 штуки

Причем здесь видна явная спекулятивность, поскольку цены явно неадекватные и заниженные. Например, указано, что евангелия в золотых и серебряных окладах 19 штук на 547 рублей, однако в ту пору лишь одно такое Евангелие стоило порядка 300 рублей. Впрочем, даже если игнорировать некие противоречия в ценах, все же стоит сказать, что это не особенно вписывается в ту картину, где господин Кронштадтский - «неистовый благотворитель». Ясно, что отчасти за средства благотворительности были приобретены многие эти побрякушки.

Собственно, возникает вопрос, а чем этот господин заслужил «особое звание»? На самом деле весьма типичный поп для своей эпохи. Потакать националистам-погромщикам, служить царскому режиму, осуждать Льва Толстого – это норма и повседневность, вряд ли заслуживающая похвалы.


Тем более что сочинения Кронштадтского тоже полны мракобесия и вздора, которые ничего нового не говорят ни о жизни, ни даже о христианском культе. И если «День Льва Толстого» как великого Русского писателя, который известен, в том числе и за границей, мог бы прилечь туристов, то имя какого-то типичного попа, который не принес ничего культуре, но был ненавистником светской литературы и науки, вряд ли может считаться значимой фигурой для туристов. В нем не больше привлекательности, чем в Римском папе из семейства Борджиа.

   

АПА1